Lorien (lorien22) wrote,
Lorien
lorien22

Category:

Мураками - 1Q84

С некоторым опозданием, но прочитал все-же "магнум опус" Харуки Мураками - 1Q84. То есть первые две книги я читал ранее, а сейчас прочитал и третью, на мой взгляд, кстати, тоже не последнюю. Но будем относиться к ней как к таковой.

harukiki-pic452-452x452-31083


Если говорить объективно, опус не удался. То есть книга написана в фирменном стиле маэстро, но ощущения чего-то иного, нового или сверх-обычного нет. Все то же, все так же, а может и похуже. Похоже почувствовали это и академики, и в схватке за литературного Нобеля Мураками прокатили, отдав премию никому не известному китайцу Мо Яню.

Третья книга вообще с первого прочтения бесит. 400 страниц (вдобавок к предыдущим 900 первых двух томов), на которых не происходит ничего вообще, или как минимум очень мало. Героев трое - Усикава, Тэнго и Аомамэ, все они сидят в своих квартирах, и ждут у моря погоды, рассуждая, что действовать надо как можно быстрее. Тем не менее каждое движение у них берет месяц. Дополнительная ирония заключается в том, что все трое находятся чуть ли не в одном доме (не подозревая об этом) на пятачке в 200 метров друг от друга.

Все эти нескончаемые повторения, круговороты и тягомотина безумно утомляют. Но потом я начал вчитываться в текст. Не стоит забывать, что любое творение японского маэстро - это прежде всего литературная игра, произведение в произведении, которое рассуждает о других произведениях. В итоге я заметил, что в сущности свою позицию Мураками объясняет сам:

— Пруста не читаешь?

— Продвигаюсь с трудом, — отвечает Аомамэ, словно отзываясь на условный пароль.

— Не нравится?

— Дело не в этом. Просто, как бы лучше сказать… По-моему, он пишет о каком-то другом мире, совсем не таком, как наш.

Тамару молча ждал продолжения. Похоже, он не спешил.

— Кажется, будто читаешь подробный доклад о каком-нибудь астероиде за несколько световых лет от нас. Все детали выписаны четко и ясно. Но происходящее там никак не связано с тем, что случается здесь. Слишком далеки эти миры друг от друга. И чтобы читать дальше, приходится то и дело возвращаться и перечитывать заново.

Аомамэ умолкает, подыскивая слова. Тамару терпеливо ждет.

— Но мне не скучно, вовсе нет! Все описания очень яркие, образные; кажется, я способна постичь природу этого одинокого астероида. Но все-таки продвигаюсь с трудом. Словно гребу в лодке против течения. Погреб немного — и отдыхаешь, задумавшись; а как отдохнул — замечаешь, что лодку отнесло течением обратно. Но сейчас такое чтиво мне, пожалуй, подходит. Нынешней мне так гораздо лучше, чем постоянно бежать за сюжетом куда-то вперед. Как объяснить… Такое чувство, будто Время в романе движется неправильно и постоянно искривляется. Стань в нем прошлое будущим, а будущее — прошлым, все равно ничего не изменится…

Она пробует сформулировать еще точнее:

— Когда читаю, кажется, будто я вижу чей-то сон. И ощущаю все вроде бы в реальном времени. Но что такое тамошнее реальное время, уловить не могу. Сами чувства вроде близки и понятны, но зазор между реальностями все-таки слишком огромен.

— А может, Пруст так и задумывал?

На это, разумеется, ответа она не нашла.

— Как бы там ни было, — добавил Тамару, — в нашей реальности время движется непрерывно — и только вперед. На месте ничто не останавливается, и в прошлое возврата нет.

— Да, конечно. Наше реальное время движется только вперед.

Именно это, отдавая дань французскому автору, и пытается сделать сам Мураками. Как и в "Утраченном времени" Пруста, где мир словно застыл в коконе, из которого никак не вылупится идеальная бабочка, время в 1Q84 тоже движется неправильно. Происходящее показывают читателю с трех углов - Усикавы, Тенго и Аомамэ. Но это не три точки зрения, где каждая отличается от другой - по примеру самого великого японца Акутагавы, и его "В чаще", или как в гениальном фильме "Сеппуку", Масаки Кобаяси. Это просто одно время, поделенное на три. Сначала то же происходит глазами одного из героев, потом второго, потом третьего. Именно это создает главное ощущение иррациональности, "иного мира", в котором по своему находится как каждый из героев, так и сам читатель. Время то замерзает, то движется вперед, то отходит назад, и мы вместе с героями пытаемся не заблудиться в этом клубке. Да, повторений много, терпения чтение требует немало, но свою задачу - погрузить читателя в искривленное время города кошек Мураками выполняет мастерски.

Как и с Прустом, японец пытается разобраться и с Чеховым.

— Вполне возможно, я так из него и не выстрелю. И нарушу закон Чехова.

— И это неважно, — отвечает Тамару. — Если можешь не стрелять — не стреляй. Двадцатый век кончается. Со времени Чехова слишком многое изменилось. По улицам больше не ездят на лошадях, а дамы не носят корсетов. Человечество умудрилось пережить нацизм, атомный взрыв и молодежную музыку. Да и литературу нынче сочиняют по совсем другим принципам. Так что не бери в голову…

Знаменитый принцип Чехова - если на крючку висит ружье, значит оно обязательно выстрелит - главный закон всей литературы 19-го века. Даже у любившего разбрасываться фразами Диккенса (кстати и к этому автору отсылок у Мураками несчитанное количество. По своему "Тысяча невестьсот восемьдесят четыре - это новые "Большие надежды" или "Оливер Твист"), нет на самом деле ничего лишнего никогда. Мураками борется за свое место под солнцем. Он оправдывает свое творчество. Продолжая традиции классической литературы, он тем не менее пытается найти что-то новое. Этим он похож на другого нелюбимца современных узколобых критиков - Кормака Маккарти. В "Кровавом Меридиане" столько отсылок на Моби Дик, Библию, Потерянный рай и другие произведения, что у меня в какой то момент зарябило в глазах. Но стиль "ковбоя" тоже по своему уникален. В этом, в сущности, весь постмодернизм (кстати то же самое делает и Пелевин в своем "t").

Вторая книга кончается тем, что Аомамэ вставляет себе в рот пистолет и кладет палец на курок. Но ружье не стреляет. Мир изменился, а с ним и литература. Реализма больше нет. В мире, в котором две луны, законы другие.

Еще один сильный момент третьей книги - введение дополнительного героя Усикавы. Персонаж, во-первых интересен сам по себе (куда больше причем, чем Аомамэ или Тэнго), во-вторых он более сложен. Вроде бы отрицательный, но не совсем. Внешность отталкивающая, но очень быстро учишься заглядывать за внешний вид. Неожиданная, и казалось бы бесмысленная смерть Усикавы - тоже очень сильный ход.

Насчет остальных героев - даже не могу себе представить как сильно Аомамэ в третьей книге разозлила феминисток. В первых двух книгах "Горошек" - сильная женщина, управляющая своей судьбой. Физически мощная, она в 10 лет уходит из дома помешавшихся на религии родителей, мужчин-насильников она отправляет на тот свет (а это вообще главная тема книги). Боевая баба, бьет всех по яйцам, мечта атланта. При виде таких женщин Толстой в гробу переворачивается. И вдруг в третьей книге все пропадает. Аомамэ беременеет, и на этом весь феминизм как рукой смывает. Остаются лишь стостраничные брюзжания о "кровиночке", ребеночке, как важно спасти кровиночку, как там моя кровиночка, поглаживанию округляющегося брюха, и мечтаний о правильном мужчине - как бы схватиться за его руку. Я далеко не феминист, но это тихий ужас.

О Тэнго сказать особо нечего. Главный мужской персонаж у Мураками всегда одинаковый - одинокий диковатый мужчина, равнодушно плывущий по жизни, и как бы впитывающий всех в себя. Через него все проходит, но никакой инициативы он при этом не проявляет. За всю книгу практически ни одного действия, на которое его не сподвигли бы другие. То же самое можно заметить и у героя "Хроник заводной птицы", и в "Норвежском лесу", и в "Стране чудес". Что странно в книгах Мураками - это то, что именно такие мужчины, на его взгляд, больше всего нравятся женщинам. Очевидно автор действительно живет в другом мире)

Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Греция 2.0 - Ханья

    Продолжаем использовать приоткрывшееся окно в мир (а точнее в Грецию). После выходных на Родосе мы решили на этот раз посетить остров Крит, и…

  • День Рождения

    41. Как быстро летит время...

  • Родос - любимые моменты

    Израиль потихоньку отходит от Коронавируса, и с возвращением в привычный мир, начинают возвращаться и путешествия. Мы решили воспользоваться…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments